Протоиерей Александр Шаргунов

Слово в Неделю 5-ю Великого поста

Сатане недостаточно растлить, главное – не допустить покаяния.

В пятое воскресенье Великого Поста, посвященное преподобной Марии Египетской, перед неделей, подготовительной к Страстным дням, Церковь достигает полноты покаяния. До обращения ко Господу преподобная Мария по своему нраву была современная, очень современная – позорная женщина, с самых юных лет. Только если раньше такая жизнь была порицаема, то теперь этим позором хвалятся, пропагандируют эту клоаку, это злосмрадие греховное, как что-то прекрасное, как что-то ароматное. Все делается в нашей стране, чтобы превратить всех девушек в Марий Египетских без покаяния. С раннего детства начинается преступное растление. В школах устраивают конкурсы красоты для третьеклассниц, наподобие недавнего вступления в пионеры; о конкурсах стриптиза пятнадцатилетних объявляют по телевидению и радио, и вовлечение детей в проституцию становится обычным бизнесом. Подъезжает к школе некий хлыщ на иномарке, подходит к восьмиклассницам на перемене: «Девочки, кто хочет зарабатывать после уроков? Четыре дня в неделю». Он не боится, что его задержит милиция, что ему дадут по существующей статье закона срок: их время, их власть, их стихия. Что же родители молчат? Впору им устраивать самосуд, если не защищает государство.

Когда государство потворствует разврату, оно не заинтересовано в сохранении себя как государства. Это и неверующие все понимают, что ядро государства – семья, и с распадом семьи, с разрушением нравственности наступает общественный хаос. Что такое апокалиптическая блудница на красном звере? Власть демократии, наследница тоталитарного коммунизма, насаждающая растление? Или шестнадцатилетняя проститутка, как кинозвезда, дающая интервью по телевидению: «Вы от своей работы получаете удовольствие? – Самое большое удовольствие я получаю, когда получаю деньги». Власть денег, корень всех зол, торжество маммоны, диавола: все продается и покупается – Отечество, красота, и жизнь человеческая. Пресса регулярно дает информацию о курсе доллара и таксе на заказное убийство, которое, разумеется, при необходимости может быть сколь угодно массовым. И что страшнее – сотни раз публикуемое газетами сообщение о том, что большинство десятиклассниц в таких-то школах считают проституцию самой престижной профессией (не исключено, что эти сообщения могут быть намеренно лживыми, чтобы подтолкнуть слабые души «быть как все» – к разврату) – или то, то что к подобным сообщениям так привыкли, что их уже не воспринимают.

Сатане недостаточно растлить, главное – не допустить покаяния. Для этого создается в обществе атмосфера насмешки над целомудрием, над девством, над верностью в браке, над покаянием. И прежде всего с этой целью ведется яростная атака на Церковь. Не удалось ее сжечь дотла, не получилось разрушить изнутри – теперь пытаются смешать ее с грязью. Что же делать Церкви в этой беде? Наш долг – возвысить свой голос, бить в набат, взывая к стыду и совести всех, заявляя громкий протест власть предержащим. Неуверенность и недоговоренность здесь неуместны. Церковь должна говорить прямым и ясным языком, как это делает Библия, об угрозе человечеству. Здесь болезнь вырождения нации, которое отражается в третьем, четвертом поколении, вплоть до генетических искажений. Здесь покушение на существование России, превращаемой в Содом и Гоморру, и здесь вечная смерть, широкий путь во ад, как говорит Писание.

Церковь не может оставаться безучастной по отношению к тому, что происходит во внешнем мире, хотя бы потому, что это касается ее собственных чад. Если бы с самого начала так называемой «перестройки» Церковь адекватно реагировала на сатанинское, организовываемое государством растление, многое сегодня бы было иным. И сегодня мы должны напомнить всем, кто надеется совместить несовместимое, и каждому, кто дерзает переступать порог православного храма, о как никогда актуальном Сотом правиле VI Вселенского собора: «Всякий, занимающийся изготовлением непотребных изображений, или покупающий эти изображения (применительно к нашим дням – смотрящий их по телевидению) да будет отлучен от Церкви». Ты вне Церкви, ты лишен ее молитвы, ее заступничества, ее Божественной силы. Всякий раз, когда ты прикасаешься к ее святыням, ты делаешь это в суд себе и во осуждение: ты не можешь принести в ней даже покаяния, не оставив прежде своего мерзкого занятия. Вот о чем говорит это Сотое правило. И мы знаем еще, что грех блуда по разумению Церкви стоит рядом с убийством и идолопоклонством, и на много лет лишает причастия. Если по нынешним, ненормальным временам мы не в состоянии во всей строгости исполнить каноны святых отцов, которые никто никогда не отменял, и не может отменить, потому что они продиктованы любовью: да не опалится твоя душа, и да узнаешь ты по милости Божией, чего ты лишаешься, совершая этот грех, – все это может значить только одно: глубина покаяния и плоды покаяния должны восполнять недостаток продолжительности его.

Мы помним из жития преподобной Марии Египетской, как она не смогла войти в храм из-за нечистоты: какая-то непонятная сила препятствовала ей сделать это. А этот человек уверенно входит в храм, и ничто не останавливает его, несмотря на все его не менее ужасные грехи. Однако оттого, что входит он без покаяния, ему томительно стоять на службе, и он уходит, не дожидаясь конца, и скоро совсем перестает ходить в церковь – буквально не может войти в нее. То же древнее чудо, только в ином, печальном варианте, повторяется вновь.

Итак, прежде всего мы должны стать на трезвую почву. Зло должно быть названо своим именем, и вся разрушительная сила греха должна быть правдиво обозначена. Только после этого можно говорить о покаянии, до тех пор оно может существовать в одних мечтах и воображении. Без покаяния как говорить о самой главной тайне жизни, о воплощении Слова Божия, и о том, что оно связано с тайной целомудрия? Не представлять ли тем самым для самонадеянных глупцов, как говорит апостол Иоанн Богослов, Бога лживым? Как осмелиться произнести, что за всепревосходящую чистоту Девы Марии даровано всему человеческому роду спасение? С кем поделиться сокровенной мудростью о том, что личность человека – не только душа, но и тело. Кто услышит и поймет, что тело христианина чисто и свято, и сродно Телу Христову, что оно омыто водою крещения, помазано святым миром, причастно животворящим Христовым тайнам? Не метанием ли бисера будет обратиться со словами: «Разве вы не знаете, что тела ваши – храмы Духа Святого?» Только тогда, когда мы приносим Господу подлинное покаяние, узнаем мы Духом Святым, для чего дано нам тело, и исполняемся решимости до смерти стоять за чистоту, которую имели в телах своих святые мученики, приобщившиеся силе Креста Христова и Воскресения.

Без ясного и глубокого различения добра и зла как будет наш пост Марииным стоянием? Как душа, подобно жене грешнице, которая возлюбила много, принесет плач о себе, о Господе, и о всех, ради кого Господь пришел принять страдания!

Покаяние – это наше примирение с Богом.
Святой Иоанн Лествичник

Пост – время покаяния, время, когда наши окаменевшие сердца должны силой Божией из бесчувственных стать чуткими, из холодных и жестких – теплыми и открытыми для других и для Самого Бога.

Пост – это время обновления, когда, как весной, все опять становится новым; когда наша жизнь, постепенно сошедшая на нет, едва мерцающая, снова оживает с силой, которую Бог может дать нам, приобщая нас к Своему Святому Духу, делая нас в Святых Тайнах и в прямом даре Самого Себя причастниками Божественной природы.

Это время примирения, а примирение – это радость Божия и наша радость; это – новое начало.

Сегодня совершается память святого Иоанна Лествичника, и я хочу прочитать вам несколько его слов, особенно значительных для того периода церковного года, который мы сейчас переживаем: «Покаяние – это наше возвращение к Богу, обновление нашего крещения; это подвиг, чтобы обновить наш союз с Богом, наш обет изменить свою жизнь. Это время, когда мы можем научиться смирению, то есть миру: миру с Богом, миром с самими собой, миру со всей тварью. Покаяние рождается от надежды и решительного отказа от отчаяния. И кающийся – это тот, который заслуживает осуждения, но уходит с предстояния суду без стыда и позора, потому что покаяние – это наше примирение с Богом. И достигается это через достойную жизнь, через войну с грехами, которые мы совершали в прошлом. Покаяние – это очищение нашей совести. Покаяние – это готовность, без слова ропота и в преображении любовью, понести всякую печаль и всякую боль».

И если мы спросим себя, как, каким путем достичь этого, как мы можем отозваться Богу, Который принимает нас, как отец принял блудного сына; Богу, Который столько ждал нас, с тоской, когда мы отвергли Его, и никогда не отвернулся от нас – как мы можем отозваться такому Богу? На это вот еще короткий отрывок о молитве: «Не изощряйся в молитвенном красноречии; потому что нашего Небесного Отца часто радует и застенчивый, немудреный лепет детей. Не многословь, когда разговариваешь с Богом, потому что иначе, изыскивая слова, ты запутаешься в них. За одно только слово Бог помиловал мытаря; одно слово веры спасло разбойника на кресте. Многословие в молитве рассеивает ум и наполняет его обилием образов. Единое же слово, обращенное к Богу, собирает ум в Его присутствии. И если, когда молишься, какое слово ударило тебя в сердце, достигло самых твоих глубин, – держись этого слова, повторяй его, ибо в такие минуты сам ангел-хранитель молится с тобой, потому что тогда мы правдивы и верны самим себе и Богу».

Станем же помнить, что говорит святой Иоанн Лествичник, даже если забудутся мои пояснения; станем помнить его слова, потому что он был человеком, который знал, что значит обратиться к Богу и остаться с Ним, быть радостью для Бога и радоваться о Нем. Память и личность святого Иоанна Лествичника предлагаются нам сейчас, когда мы восходим к страстным дням, в пример того, как благодать Божия может обыкновенного, простого человека претворить в светильник миру.

Научимся от него, станем следовать его примеру, станем радоваться о том, что Бог может Своей силой сделать с человеком; и с уверенностью, с надеждой, с ликующей и вместе с этим тихой, невозмутимой радостью последуем этому совету прислушаться к Богу, умоляющему нас найти путь жизни и говорящему нам, что с Ним, в Нем мы будем живы, потому что Он есть Истина, но так же и Путь, и Жизнь вечная. Аминь.

Митрополит Антоний Сурожский

Тропарь святому Иоанну Лествичнику

Слез твоих теченьми пустыни безплодное возделал еси, и иже из глубины воздыханьми во сто трудов уплодоносил еси, и был еси свтильник вселенней, сияя чудесы, Иоанне отче наш, моли Христа Бога, спастися душам нашим.

Кондак святому Иоанну Лествичнику

Плоды прсноцветущия, от твоея книги принося учения премудре, услаждаеши сердца, сим с трезвением внемлющих блаженне: лествица бо есть души возводящая от земли к небесней и пребывающей славе, верою чтущих тя.

Житие святого преподобного Иоанна Лествичника

Угодник Божий, преподобный Иоанн жил в VI веке, родом Сириец, по своему сочинению названный Лествичником или автором «Лествицы», а по месту благочестивых подвигов – Синаит. На 17 году своего возраста Иоанн принес себя в жертву Богу: тело вознес на Синайскую гору, а душу на гору небесную. Пребыв на Синайской горе в подвигах уединения 19 лет – до сорокалетнего своего возраста, преподобный удалился потом в Синайскую пустыню Фола, отстоящую на 5 стадий от Синайской церкви, и здесь в великих подвигах строгого поста и непрестанной молитвы подвизался 40 лет. В продолжение сей необыкновенной Четыредесятницы пост его был столь же необыкновенен, как и самое продолжение времени его пощения. Хотя преподобный не уклонялся от пищи, разрешенной уставом во время поста, чтобы сокрушить, как он сам говорил, рог гордыни; но принимал ее столь мало, что казался более отведывающим, нежели вкушающим; зато от всякой страсти воздерживался он решительно, повелительно говоря к ней: молчи, онемей! Покаяние его было соединено с глубоким сокрушением сердца и слезами. Долго и после его блаженной кончины показывали под горою весьма тесную пещеру – это сокровенное место подвигов покаяния, которое называют слезоточным, и которое настолько отстояло от общежития, сколько нужно было, чтоб рыдания Иоанна не слышали другие.

Преподобный Иоанн, поставленный руководителем (игуменом) других, начал путь нового восхождения к Богу и большого приближения к небу. Подобно Моисею, он, по словам писателя его жизни, приблизился к Богу, принял мыслию Богоначертанный закон и пером духа начертал, по просьбе преподобного Иоанна, игумена Раифского, Богописанные скрижали («Лествицу Рая»), кои передал не только руководимым от него, но и всем желающим восходить на небо.

Восходя далее по степеням духовных совершенств, и с большею ревностию, нежели до принятия начальства над братиею, он изложил книгу к пастырю, и таким образом сделался руководителем самых руководителей.

Преподобный представился 80 лет от рождения своего, около 606 года. Память святого Иоанна Лествичника совершается Церковью 30 марта.

В литургийном Евангелии в воскресный день четвертой седмицы Великого Поста Церковь к утешению и назиданию постящихся, Божественным свидетельством утверждая могущество поста и молитвы, открывшее Иоанну лествицу рая и возведшее его на высоту духовного совершенства, благовествует, что дух злобы изгоняется из человека только молитвою и постом, и вместе предвозвещает приближающуюся радость воскресения Христова (Мк. 17-31).

15 марта 2026 года, по окончании Божественной Литургии, настоятель Казанского храма г. Дмитрова встретился с воспитанниками семейного центра «Дмитровский». 

Мероприятие было посвящено Дню православной книги, который традиционно отмечается в середине марта. Отец Владимир рассказал о смысле праздника, первопечатнике Иване Федорове, современном книгоиздательстве и о месте книги в жизни человека. По завершении встречи участники получили популярные издания книг и сладкие подарки.

Весеннее празднование в честь Креста Господня появилось почти четырнадцать веков назад. В ходе ирано-византийской войны в 614 году персидский царь Хосрой II осадил и взял Иерусалим, забрав в плен иерусалимского патриарха Захарию и захватив Древо Животворящего Креста, найденное когда-то равноапостольной Еленой. В 626 году Хосрой в союзе с аварами и славянами едва не захватил Константинополь. Чудесным заступничеством Матери Божией столичный город был избавлен от нашествия, а потом ход войны переменился, и в конце концов византийский император Ираклий I праздновал победное окончание 26-летней войны.
Предположительно 6 марта 631 года Животворящий Крест вернулся в Иерусалим. Император собственноручно внес его в город, а вызволенный из плена патриарх Захария радостно шел рядом. С тех пор в Иерусалиме стали праздновать годовщину возвращения Животворящего Креста.

Надобно сказать, что в ту пору продолжительность и строгость Великого поста еще обсуждались, а порядок великопостных служб только формировался. Когда появился обычай переносить праздники, случающиеся в Великом посту, с будних дней на субботы и воскресенья (чтобы не нарушать строгий настрой будних дней), тогда праздник в честь Креста также сместился и постепенно закрепился за третьим воскресеньем поста.
Как раз с середины поста начиналась интенсивная подготовка тех оглашенных, которые собирались креститься уже на Пасху этого года. И оказалось очень уместным начинать такую подготовку с поклонения Кресту. Начиная со следующей среды на каждой Преждеосвященной Литургии после ектении об оглашенных будет еще одна ектения – о «готовящихся к просвещению» – как раз в память о тех, кто усердно готовился и собирался в скором времени креститься.
Со временем чисто иерусалимский праздник возвращения Креста стал не таким уж актуальным для всего христианского мира, и праздник в честь Креста приобрел более глобальное звучание и более прикладное значение: как воспоминание и помощь в середине самого строгого и трудного из постов.
Как известно, этот Крест, как и многие другие христианские святыни, пропал во времена крестоносцев, в ХIII в., хотя его частицы до сих пор можно видеть во многих ковчежцах. Но утерянным оказался и изначальный смысл великопостного поклонения Кресту, ведь сейчас даже детское крещение у нас, к сожалению, редко связывается с оглашением и с личным исповеданием веры. Поэтому постепенно в Церкви стали переосмыслять традиционный порядок проведения Великого поста в более «спиритуализированном» ключе. И при этом стали, впрочем, не без основания, часто думать о том, что Крестопоклонная – это именно преполовение, середина поста, когда пост усиливается и каждый хочет получить утешение и укрепление в вере через поклонение святому Древу или его образу, любой его иконе.

Смысл

Крест выносится верующим для того, чтобы напоминанием о страданиях и смерти Господней воодушевить и укрепить постящихся к продолжению подвига поста.

Неделя 3-я Великого поста. Крестопоклонная. Мк., 37 зач., VIII, 34 — IX, 1.

И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною. Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее. Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами. И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе

Святая Церковь сравнивает Крест с райским древом жизни. По толкованию Церкви, крест также подобен древу, положенному Моисеем среди горьких вод Мерры, для услаждения еврейского народа во время сорокалетнего странствования в пустыне. Крест сравнивается и с сеннолиственным древом, под тенью которого останавливаются для отдохновения утомленные путники, ведомые в обетованную землю вечного наследия.

Архиепископ Аверкий (Таушев):

«Глубокий смысл заключается в этом чрезвычайно назидательном для нас, верующих, уставном обычае св. Церкви. Если мы добросовестно пропостились всю первую половину Великого поста, то есть: скоромной пищи вовсе не вкушали, старались есть меньше и реже, в разного рода удовольствиях и развлечениях себе отказывали, честно боролись со своими греховными склонностями и привычками, мы не могли не почувствовать некоторого переутомления и даже упадка сил от необычного напряжения воли и телесного ослабления. И когда подумаем, что прошла еще только половина поста, кое у кого невольно может вырваться вздох малодушной ропотливости: «Тяжко! не по силам мне это! Когда же конец?!»

И вот, чтобы подбодрить нас и укрепить нашу волю и дух к дальнейшему пощению, св. Церковь устраивает нам духовное утешение – выносит для всеобщего торжественного поклонения Крест Господень.

«Вам тяжело – вы ропщете», как бы так говорит она нам этим: «А каково было Господу страдать за вас, терпя невыразимые муки на этом кресте? Или вы думаете, что страдания Его были меньше ваших? Однако Он всё претерпел, дабы спасти вас. Он терпел ради вас, – потерпите же и вы ради Него и во Имя Его! Тем более что это терпение ваше не Ему и никому другому, а именно вам и только вам нужно и спасительно. Вспомните про Его великую любовь к вам, какую явил Он, добровольно предав Себя на распятие и поносную смерть, – и воспряньте духом! Любовь Его и чудодейственная сила крестная поддержит вас и поможет вам до конца совершить всё поприще подвига постного и приведет вас чрез пучину поста к великой радости светоносного праздника Воскресения».

Иными словами, износимый на середину храма для поклонения Крест Господень – это наше воинское знамя, которое выносится, как и в обыкновенной мiрской брани, на поле сражения для того, чтобы возбудить в нас, воинах Христовых, бодрость духа и неустрашимое мужество для успешного продолжения борьбы и окончательной победы над врагами. Взирая на это славное знамя – знамение победы над диаволом, – мы невольно ощущаем прилив новых, свежих сил и воодушевляющий нас на продолжение подвига подъем духа. Все перенесенные доселе скорби и трудности как бы забываются, и мы, по слову Апостола, «задняя забывая, в предняя простираемся» (Флп. 3:13), с еще большим усердием начинаем стремиться к вожделенной цели – победе над грехом, победе над диаволом, ради достижения «почести вышняго звания Божия во Христе Иисусе» (Флп. 3:14), где ожидает нас радость неизреченная и нескончаемая, обещанная нам пострадавшим за нас на Кресте Господом Спасителем.

Но Крест Господень для нас – не только «знамя», но и «оружие непобедимое», ибо им сокрушена власть диавола, как поет об этом св. Церковь:«Господи, оружие на диавола крест Твой дал еси нам: трепещет бо и трясется, не терпя взирати на силу его…»

В поучении (так наз. «синаксарии») Крест Господень сравнивается с райским «древом жизни», с тем древом, которое во время сорокалетнего странствования избранного народа Божия по пустыне было вложено в горькие воды Мерры для их услаждения, а также – с сеннолиственным древом, под тенью которого находят отдохновение и подкрепление сил путники, ведомые в обетованную землю вечного наследия.

«Сраспинаеми нас ради Распеншемуся, умертвим вся плотския уды в постех и молитвах и молениях» – так взывает к нам в эти дни поклонения Кресту Господню св. Церковь, увещевая нас бодренно продолжать подвиг святого поста, мысленно взирая на Распятого за нас Господа.

Вместе с тем, это изнесение Креста Господня для поклонения среди св. Четыредесятницы напоминает верующим о приближающихся великих днях воспоминания Страстей Христовых и о Светлом Празднике Воскресения Христова. При торжественной встрече победоносного военачальника обыкновенно предшествуют ему его победные знаки – эмблемы и трофеи: так и тут – Пасхе Христовой – торжественному шествию Победителя греха, ада и смерти, – предшествует знамение Его победы – Животворящий Крест. Он живо напоминает нам, что, если мы со Христом страждем, то с Ним и прославимся – если с Ним умираем, то с Ним и воскреснем.

Таким образом, Неделя Крестопоклонная есть как бы предвкушение среди поста ожидающей нас светлой пасхальной радости, почему, прославляя Крест Господень, мы одновременно воспеваем и Его Воскресение, когда троекратно поем: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим».

Служба недели Крестопоклонной

В cубботу вечером на всенощном бдении в центр храма торжественно выносится Животворящий Крест Господень – напоминание о приближающейся Страстной Седмице и Пасхе Христовой. После этого священники и прихожане храма совершают перед крестом три поклона. При поклонении Кресту Церковь поет: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим». Это песнопение поется и на Литургии вместо Трисвятого.

Св. Крест остается для поклонения в течение недели до пятницы, когда он перед Литургией вносится обратно в алтарь. Поэтому третье воскресенье и четвертая седмица Великого поста называются «крестопоклонными».

По Уставу положено делать четыре поклонения на Крестопоклонной неделе: в воскресенье, понедельник, среду и пятницу. В воскресенье бывает поклонение Кресту только на утрене (после выноса Креста), в понедельник и среду оно совершается на первом часе, а в пятницу «по отпусте часов».

Св. отцы о Кресте Господнем

Ношение креста есть упразднение всякого греха, откуда рождается любовь, без которой не может быть ношения креста (прп. авва Исайя, 59, 127).

…С явлением Креста уничтожено всякое идолослужение, и крестным знамением прогоняется всякое бесовское мечтание… (свт. Афанасий Великий, 1, 126).

…Крестом стали явны для всех дела боговедения (свт. Афанасий Великий, 1, 126).

Крест освятил вселенную; он рассеял тьму и возвратил свет, он потребил заблуждение; он собрал народы от вос­тока и запада, севера и юга, и соединил их любовью в единую Церковь, в единую веру, в единое крещение (прп. Ефрем Сирин, 31, 357).

Царь понес на Себе Крест – этот ключ от райских дверей, и им без отказа отверзает двери сии разбойникам и убийцам (прп. Ефрем Сирин, 33, 126).

Смерть побеждена Крестом, Адам возвращен в рай, соделан наследником Царства, а диавол посрамлен (прп. Ефрем Сирин, 33, 476).

Древом умерщвлены мы, древом и спасены… (прп. Ефрем Сирин, 34, 167).

…Крест <Христов> – для нас победный венец… (прп. Ефрем Сирин, 34, 230).

Взирать на крест значит всю жизнь свою соделать как бы мертвою и распятою для мира, пребывать неподвиж­ным на всякий грех… (свт. Григорий Нисский, 18, 360).

Достославный крест справедливо наречь опорою и укра­шением не только земли, но и неба, потому что им поддер­жана вся тварь, когда премирным доставил он радость, а земным свободу, и сочетал разъединенное (прп. Исидор Пелусиот, 61, 421).

Если часто чело свое и сердце запечатлеваешь знаме­нием Владычнего креста, то с трепетом побегут от тебя демоны… (прп. Нил Синайский, 73, 163).

Есть два способа взойти на крест: один – распятие тела; а другой – вхождение в созерцание; первый бывает следствием освобождения от страстей, а второй следствием действительности дел духа (прп. Исаак Сирин, 58, 366).

…Когда умертвим страсти, уничтожим похоти и муд­рование плоти подчиним духу, тогда только берем на себя крест и последуем Христу (свт. Феодор Едесский, 91, 350–351).

Взирая на крест, держи в мысли, что это есть знамя нашего духовного воинствования, в коем сокрыта всепобедительная сила, и что если удалишься от него, то предан будешь в руки врагов своих, а если пребудешь под ним, то достигнешь неба и внидешь в него в преславном торжестве (прп. Никодим Святогорец, 70, 95).

Взять крест свой – значит доблественно претерпевать тяжкий невидимый труд, невидимое томление и мучени­чество, ради Евангелия, при борьбе с собственными страс­тями, с живущим внутри нас грехом, с духами злобы, которые с яростью восстанут против нас… когда мы вознамеримся свергнуть с себя иго греха и подчиниться игу Христову (свт. Игнатий Брянчанинов, 41, 92).

Нет иного ключа, который бы отверзал врата в Царст­во Божие, кроме Креста Христова (Игнатий Брянча­нинов, 42, 291).

Вне Креста Христова нет христианского преуспеяния (свт. Игнатий Брянчанинов, 42, 357).

Коль великая и неописанная милость Божия – Крест Господень. В нем вся наша надежда (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 65).

Елеосвящение, или Соборование – это Таинство, в котором при помазывании определенных частей тела освященным елеем, то есть растительным маслом, больному испрашивается благодать исцеления от недугов, от болезней телесных и духовных.

Кроме телесного исцеления, в Таинстве испрашивается и отпущение грехов, ибо большинство болезней являются следствием греха, тогда как сам грех – болезнь духовная. По изъяснению учителей Церкви, при Елеосвящении отпускаются грехи забытые (но не сознательно утаенные на исповеди!), к примеру, по причине своей малозначимости для человека. Однако совокупность этих грехов может тяжелым бременем лечь на душу и стать причиной не только расстройства духовного здоровья, но и, как следствие, заболеваний телесных.

Елеосвящение именуется Соборованием потому, что по Уставу Церкви его полагается совершать семи священникам (собором священнослужителей). Число семь – символический знак Церкви и ее полноты; именно поэтому само последование Таинства состоит в прочтении после определенных молитвословий семи различных отрывков из Апостола и Евангелия, повествующих о покаянии, об исцелении, о необходимости веры и упования на Бога, о сострадании и милосердии. После каждого такого прочтения и молитвенного обращения к Богу об отпущении грехов больного совершается его помазание освященным маслом (елеем), смешанным с вином, то есть помазание также совершается семикратно. Впрочем, Церковь допускает совершение Таинства тремя, двумя и даже одним священником с тем, чтобы он совершал его от лица собора иереев, произносил все молитвы, чтения и семикратно помазывал болящего.

Елеосвящение совершается над православными верующими, страдающими телесными и душевными болезнями. Под последними можно понимать и тяжелое духовное состояние (уныние, скорбь, отчаяние), ибо причиной его могут быть (и, как правило, бывают) нераскаянные грехи, возможно, даже не осознаваемые человеком. Следовательно, Таинство может совершаться не только над страдающими от тяжелых телесных недугов или умирающими. Кроме того, мало кто из современников может считать себя абсолютно физически здоровым даже при отсутствии тяжких заболеваний… Не совершается Елеосвящение над больными, находящимися в бессознательном состоянии, а также над буйными психическими больными.

Таинство может происходить как в храме, так и в других условиях. По сложившейся традиции общее Соборование во многих храмах совершается в дни Великого поста.

Таинство Елеосвящения, как и прочие Таинства, имеет евангельское происхождение, оно было установлено Самим Христом. Как мы узнаем из 6-й главы Евангелия от Марка, «призвав двенадцать, начал Христос посылать их по два, дав им власть над нечистыми духами. Они пошли и проповедовали покаяние, изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли». Согласно этому свидетельству, еще до голгофских страданий Спасителя существовало такое священнодействие, оно помогало больным и телесно, и духовно. О Таинстве Елеосвящения в Послании святого апостола Иакова сказано: «Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак. 5: 14–15).

Наверное, не случайно в Таинстве используется растительное масло, или, выражаясь славянским языком, елей. Дело в том, что еще в древности елей использовался как одно из лекарственных средств для умащения, смазывания ран, и потому в сознании античного человека он был тесно связан с исцелением. Более того, на греческом языке, который в I веке использовался как язык межнационального общения, слова елей и милость созвучны, и поэтому елей становится символом, знаком милостей Божиих, изливаемых на страждущего в момент совершения этого Таинства.

Часто ли следует собороваться? Как правило, к Таинству Соборования прибегают раз в году, но, конечно, человек сам должен прийти к осознанию того, что он нуждается в исцелении. Не только в телесном исцелении (собороваться может и физически здоровый человек), но прежде всего – в исцелении духовном, нуждается в очищении своих неосознанных грехов. Замечу, что после того как человек соборовался в храме, ему крайне желательно в ближайшее время исповедоваться и причаститься Святых Христовых Таин.

Как происходит это Таинство? По чину оно должно совершаться семью священниками, хотя их может быть и меньше – не всегда даже в столичных храмах удается собрать столько. Но и при меньшем числе священников (даже при одном) Таинство все равно будет действительным.

Богослужебный чин Таинства Соборования известен в нынешнем виде только с XV века. Чин (то есть порядок совершения Таинства) видоизменялся на протяжении веков, становясь более пространным, более фиксированным.

Современный чин Соборования – пространный и сложный. Сначала читаются подготовительные молитвы, канон, а затем уж совершается сам чин. Читаются выдержки из входящих в Новый Завет апостольских посланий, из Евангелия, потом произносится ектения (молитвенное обращение к Богу, произносимое священнослужителем от имени молящихся) с поминанием имен тех, кто принимает Таинство. Затем читается молитва на освящение елея и совершается само помазание. При помазании священник читает молитву «Отче Святый, врачу душ и телес…» Затем второй священник приступает к участию в Таинстве, и снова совершается подобный цикл. Так повторяется семь раз. В конце чина на головы приступивших к Таинству возлагается Евангелие с чтением особой заключительной молитвы.

Хотелось бы отметить, что порой у людей бывают довольно странные представления о Соборовании. Например, что прибегать к нему следует лишь тяжело больным людям, находящимся на пороге смерти. Это пережиток неправославного восприятия Таинства как «последнего помазания», что не соответствует Священному Писанию. Ведь апостолы совершали помазание маслом именно ради исцеления.

Но нельзя также ожидать и немедленного выздоровления после Соборования. Увы, иногда в сознании людей это Таинство превращается в нечто самодостаточное, внешнее, чуть ли не магическое. Некоторые из современных людей воспринимают Соборование как медицинскую процедуру, о духовном его аспекте и мысли нет… Последствия тут могут быть весьма печальными – не получив ожидаемого телесного выздоровления, человек обижается: «Как же так, я отстоял длиннющую службу, сделал все, что положено, а результата нет!» В итоге люди могут охладеть к вере, к Церкви.

Исцеление – это свободный дар Всеблагого любящего Бога, а не неизбежный результат каких-то внешних действий. Об этом должны помнить все приступающие к Таинству Соборования. Надо задуматься о своей жизни, о своих грехах, стремиться очиститься от них. Таинство Соборования ведь отчасти сродни Таинству Покаяния.

Отдельно надо сказать о соборовании людей, находящихся при смерти. Иногда многие боятся этого Таинства, считая, что оно приведет к скорой кончине. Но сроки человеческой жизни зависят только от воли любящего Бога, и Господь нередко продлевает жизнь умирающего именно с той целью, чтобы он мог достойно подготовиться к переходу в Вечность – исповедоваться, причаститься и собороваться. Нередко вызванный к умирающему священник сразу совершает три эти Таинства, последовательно. Соборование для умирающего человека совершенно необходимо, ведь он зачастую уже просто физически не может исповедоваться – но Таинство Елеосвящения освободит его от груза тех грехов, в которых он и хотел бы, но уже не успел, не смог покаяться в Таинстве Покаяния.

И, конечно же, надо отметить, что приступающие к Таинству соборования должны помнить о том, что все Таинства неразрывно связаны с Таинством Причастия, с Евхаристией, которое святые отцы называют «печатью всех Таинств». Если мы получаем какой-то документ, то печать подтверждает его действительность. Так и приступая к любому Таинству, мы должны запечатлеть его Таинствами Исповеди и Причастия. Говоря другими словами, после соборования нужно обязательно поисповедоваться и, подготовившись, причаститься Святых Таин.

Празднование памяти святого Григория приурочено к Великому посту, поскольку его учение напоминает о созерцании Божественного света и обожении как об увенчании аскетического подвига. В богословском Предании Православной Церкви особое место занимает учение о сущности и энергиях Божиих, изложенное святителем Григорием Паламой в полемике против Акиндина и Варлаама и утвержденное Константинопольскими Соборами середины XIV века. Это учение ставило целью дать богословское обоснование христианского понимания Бога как одновременно непостижимого и постижимого, трансцендентного и имманентного, неименуемого и именуемого, неизреченного и изрекаемого, неприобщимого и приобщимого. Данный парадокс мы проследили выше на примере учения Дионисия Ареопагита о Боге как неименуемом и вместе с тем обладающим всяким именем. Другим примером того же парадокса может служить христианское учение о боговидении: Бог по естеству невидим и вместе с тем открывает Себя достойным; человек не может увидеть Бога и остаться в живых (Исх 33, 20), и вместе с тем отдельные избранники Божии созерцают Бога лицем к лицу (Быт 32, 30; Исх 33, 11; Втор 34, 10), видят Бога как Он есть (1 Ин 3, 2). Еще одним примером может служить учение о богопознании: Бог непостижим и в то же время в Нем есть нечто постижимое.

Одним из путей объяснения данного парадокса в восточно-христианской традиции служило понятие о «действиях», или энергиях Божиих, отличных от сущности Божией. Если сущность Божия незрима, энергии могут быть видимы; если сущность неименуема, энергии могут быть именуемы; если сущность Божия непостижима, то энергии могут быть постигаемы разумом. По словам святителя Василия Великого, «мы знаем Бога нашего по Его энергиям, но не претендуем на то, что можем приблизиться к Его сущности; ибо энергии Его нисходят к нам, сущность же Его остается недоступной».

Заслуга святителя Григория Паламы заключается в том, что он сумел богословски обосновать отличие сущности Божией от энергий Божиих, выявить соотношение между сущностью и энергией, показать, что между ними общего и в чем различие, описать природу Божественных энергий.